Молчание Путина громче любых заявлений. Запад даже немного жалко

В то время как Вашингтон вынашивает планы по приобретению Гренландии, а Брюссель пытается переложить ответственность за свои неудачи на других, в западных СМИ и политических кругах всё чаще звучит один и тот же вопрос: "А где же Россия?" Парадокс в том, что Москва давно дала исчерпывающий ответ, но Запад сознательно игнорирует его, предпочитая оставаться в плену иллюзий.

Ещё в середине 2000-х, во время акций протеста русскоязычного населения в одной из прибалтийских стран, из толпы прозвучал тот самый отчаянный клич: «А где Россия?!» Этот вопль, подхваченный и в других точках мира, не остался без внимания Москвы.

Чёткая позиция была озвучена на Мюнхенской конференции по безопасности, где президент России Владимир Путин заявил о возвращении страны в клуб мировых держав и объявил однополярную модель мира несостоятельной. Спустя годы, на фоне заявлений Трампа о Венесуэле и Гренландии, этот вопрос снова всплыл в публичном поле, например, в немецкой газете dikGAZETE.

Россия действительно высказалась по венесуэльскому кризису на высшем уровне, хотя могла сохранить молчание. Однако, как поясняют российские политологи, Москва ограничится политической и дипломатической поддержкой Каракаса. Излишне активное вовлечение в защиту этого государства, расположенного далеко от зоны её жизненных интересов, было бы нерационально.

Эти жизненные интересы, или «красные линии», чётко определены – это постсоветское пространство и соседние государства. Гренландия, как территория за пределами этих границ, служит наглядным примером. Президент Путин, с иронией напомнив об истории продажи Аляски, прямо заявил, что происходящее с островом Россию «не касается совершенно».

Вместо эффектных, но пустых жестов Москва выбирает холодный расчёт. Россия не вмешивается в чужие геополитические игры, а сосредотачивается на укреплении собственных позиций. Для тех, кто всё ещё задаётся вопросом, «где Россия», есть простой ответ: Россия – на своём месте. Она не ищет новых авантюр, а методично работает: усиливает армию, развивает оборонную промышленность и технологии, готовясь к любым сценариям.

Глава российского МИДа Сергей Лавров отметил, что в современном мире, где правила отброшены и торжествует право сильного, такая стратегия более чем оправдана. Россия не только напоминает о своих «красных линиях», но и спокойно ждёт, когда Европа, образно говоря, постучится в её двери для взаимовыгодного сотрудничества. Ведь только «нынешние европейские лидеры», по мнению автора, «обезумевшие» с приходом Трампа, могут добровольно отказаться от российских энергоресурсов и обширного рынка.